Бога можно встретить не только на Святой Горе. Бога можно встретить в разных обстоятельствах: в лице бедняка, в ощущении великой радости или глубокого горя, в безвыходной ситуации, в кажущемся непосильным благословении. Но чтобы Бога встретить и узнать, нужно иметь немного подлинного страдания и смирения. Я желаю всем ощутить это величайшее, что дает вера, – встречу с Богом, Его присутствие в жизни. И нет в мире ничего большего!

Митрополит Месогейский и Лавреотикийский Николай



04. О происхождении и степени авторитетности текстов вероучительного содержания

(сост. прот. Александр Виноградов)

Замысел ниже приведенной подборки текстов следующий: проследим последовательно, как христианское вероучение выражается и фиксируется словом, как можно распределить сохраняемые Преданием многочисленные вероучительные тексты, догматические и символические памятники по степени их авторитетности и обязательности.

 

При составлении данного материала использованы следующие пособия:

1) Пространный христианский катихизис Православной Кафолической Восточной Церкви / [сост.: свт. Филарет (Дроздов), митр. Московский]. – М. : Издательский Совет РПЦ, 2006. – 167 с.

2) Давыденков, О. В., прот. Катихизис / прот. Олег Давыденков. – М. : Изд-во ПСТГУ, 2010. – 230 с.

3) Давыденков, О. В., прот. Догматическое богословие / иерей Олег Давыденков. – М. : Изд-во ПСТГУ, 2005. – 415 с.

 

1. БОЖЕСТВЕННОЕ ОТКРОВЕНИЕ

Учение Православной веры почерпается из Божественного Откровения. Божественное Откровение есть то, что Сам Бог открыл человекам, дабы они могли право и спасительно веровать в Него и достойно чтить Его. 

Бог дал Свое Откровение для всех людей как для всех нужное и спасительное, но поскольку не все люди (по греховной нечистоте, немощи духа и тела) способны непосредственно принять Откровение от Бога, то Он употребил особенных провозвестников Своего Откровения, которые бы передали Божественное Откровение всем людям, желающим принять его.

Божественное Откровение – это не однократный акт, а процесс. В Ветхом Завете Бог постепенно открывал людям некоторое знание о Себе, приспосабливаясь к способности восприятия дохристианского человечества. Ветхозаветные пророки приняли и проповедали начатки Откровения Божия; в полноте же и совершенстве принес на землю Откровение Божие воплощенный Сын Божий, Господь наш Иисус Христос, и распространил его по вселенной через Своих учеников и апостолов.

В Новом Завете мы имеем завершение и исполнение ветхозаветного Откровения в лице Господа Иисуса Христа. Апостол Павел так и начинает свое послание к Евреям: “Бог, многократно и многообразно говоривший издревле отцам в пророках,  в последние дни говорил нам в Сыне…” (Евр. 1, 1-2), т.е. Христос открыл нам все необходимое для спасения. В Ветхом Завете Откровение носило фрагментарный характер, поскольку каждый автор Священных Книг, каждый из пророков открывал только некоторую грань знания о Боге, которая ему лично открылась. Кроме того, это знание было опосредованным, поскольку каждый из пророков говорил о том, что он, как человек, знает о Боге.

Во Христе мы имеем завершение Откровения, поскольку во Христе Откровение уже не фрагментарно, а полно, потому что Христос – это не просто Тот, Кто что-то знает о Боге, а Сам Бог. Здесь уже не люди свидетельствуют о своем опыте, а Сам Бог открывает истину о Себе. Поэтому во Христе мы имеем полноту Божественного Откровения. Священное Писание прямо говорит нам о том, что Господь Иисус Христос открыл Церкви всю полноту истины, по крайней мере, ту полноту, которую человек способен вместить. В Евангелии от Иоанна говорится, что Господь возвести ученикам “… все, что слышал от Отца…” (Ин. 15, 15).

Вся эта полнота истины сохраняется в Христовой Церкви. Священномученик Ириней Лионский говорит: “Апостолы, как богач в сокровищницу, вполне положили в Церковь все, что относится к истине, и вверили ее епископам”. В Священном Писании также говорится о том, что апостолы всю полноту истины, полученную от Христа, возвестили Церкви. В Деяниях апостолов сказано, что апостолы возвещали Церкви “всю волю Божию” (Деян. 20, 27), а не только некую часть ее.

 

2. СВЯЩЕННОЕ ПРЕДАНИЕ

Божественное Откровение сохраняется и распространяется среди людей посредством Священного
Предания. Под именем Священного Предания разумеется то, когда истинно верующие и чтущие Бога словом и примером передают один другому и предки потомкам учение веры, закон Божий, священные Таинства и обряды. Первой и центральной истиной Священного Предания является тайна Откровения Бога в Иисусе Христе и спасения через Него человеческого рода.

Священное Предание есть древнейший и первоначальный способ распространения Откровения Божия. От Адама до Моисея не было Священных книг. Сам Господь наш Иисус Христос Божественное учение Свое и установления передал ученикам Своим словом и примером, а не книгой. Тем же способом (словом и примером) вначале и апостолы распространяли веру и утверждали Церковь Христову.

Источником Предания является Сам Бог. Господь Иисус Христос в Первосвященнической молитве говорит, обращаясь к Своему Отцу: “… слова, которые Ты дал Мне, Я передал им, и они приняли и уразумели истинно…” (Ин. 17, 8).

Апостол Павел говорит: “… я от Самого Господа принял то, что и вам передал…” (1 Кор. 11, 23).

Согласно Тертуллиану, учение веры “церквами принято от апостолов, апостолами от Иисуса Христа, Иисусом Христом от Бога”.

Таким образом, Предание по своему содержанию полностью совпадает с содержанием апостольской проповеди и, следовательно, представляет собой Богооткровенное учение, во всей полноте открытое во Христе.

Верным хранилищем Священного Предания является Церковь, которую совокупно и преемственно составляют из себя все истинно верующие, соединенные Священным Преданием веры.

В едином и неразрывном потоке Предания можно различать три уровня передаваемого:

1) передача богооткровенного учения и тех исторических памятников, в которых это учение заключено;

2) передача опыта духовной жизни, который сообщается личным примером, в соответствии с богооткровенным учением;

3) передача благодатного освящения, осуществляемая, прежде всего, посредством церковных таинств.

Таким образом, Священное Предание – это не только собрание множества письменных документов, это – передача жизни и опыта всей Церкви, вдохновляемой и ведомой Святым Духом.

 

3. ФОРМЫ СВЯЩЕННОГО ПРЕДАНИЯ

Первоначально Священное Предание существовало в форме устной апостольской проповеди, на основании которой и было создано Священное Писание. Однако Священное Писание никогда на являлось единственной формой, в которой воплотилось богооткровенное учение, ему предшествовали, а затем наряду с ним сосуществовали еще по крайней мере две формы: правило веры и богослужебно-литургическая практика Церкви (литургическое предание). Позднее появились и другие формы, в которые облеклось Священное Предание. Из них наибольшее значение имеют творения святых отцов и учителей Церкви.

Используется даже такой термин: формальное предание – это все исторические источники и способы истинного познания христианского Откровения, кроме библейских книг.

К формальному преданию относят:

1) древние символы и исповедания веры;

2) древние правила (например, Апостольские Правила) и каноны;

3) определения и правила Вселенских Соборов и некоторых поместных соборов, которые приняты всей полнотой Вселенской Церкви;

4) литургическая практики Церкви, церковное искусство (сюда включаются иконопись, музыка, гимнография, архитектура и т.д.);

5) мученические акты и жития святых;

6) древние церковные истории, например, церковная история Евсевия Кесарийского, “Истории” таких авторов древней Церкви, как Сократ, Евагрий, Феодорит Киррский и т.д.;

7) творения святых отцов и учителей Церкви;

8) древняя церковная практика, т.е. различного рода уставы, узаконения, которые касаются, например, постов, различные богослужебные правила, благочестивые обычаи, традиции и т.д.

 

Таким образом, в Священном Предании первое место занимает Библия (Священное Писание), затем следует литургическая жизнь Церкви и ее молитва, затем – ее учительные постановления и деяния признанных Церковью Соборов, писания отцов Церкви, жития святых, церковное право и, наконец, иконографическая традиция, музыка и архитектура. Все формы Священного Предания органически связаны между собой, ни одна не существует сама по себе и не может быть выделена из полноты церковной жизни.

4. СВЯЩЕННОЕ ПИСАНИЕ

Книги, написанные Духом Божиим через освященных от Бога людей, называемых пророками и апостолами, называются Священным Писанием. Обыкновенно эти книги называются Библией.

Отличительным видовым признаком книг Священного Писания является их богодухновенность. Уже в древности сформировался православный подход к пониманию богодухновенности, который можно назвать теорией синергизма (термин “синергизм” означает “совместное действие”). В “Православной богословской энциклопедии” (1901 г.) приводится определение понятия “богодухновенности”, которое соответствует православному подходу к пониманию этого термина. Богодухновенность – это “особое воздействие Духа Божия на дух человеческий, чрез каковое последний, при полной сохранности всех своих сил и деятельном их проявлении, становится органом сообщения Божественного Откровения, соответственно целям домостроительства”.

 

5. КАНОН КНИГ СВЯЩЕННОГО ПИСАНИЯ

Применительно к Священному Писанию каноном называется официально принятый Церковью список книг, которые Церковь признает богодухновенными. Эти книги называются каноническими. Церковь, руководимая Святым Духом, особо выделила эти книги в совершенно отдельный сборник, который она утвердила и предложила верующим как книги, которые содержат образец истинной веры и благочестия, пригодный на все времена. К канону Священного Писания нельзя прибавить новых книг и также нельзя от него чего-либо убавить.

Хотя канон книг Ветхого Завета окончательно был утвержден на Лаодикийском Соборе 364 г. и Карфагенском Соборе 397 г., фактически Церковь пользовалась ветхозаветным каноном в его настоящем виде с древнейших времен.

Канон книг Нового Завета сформировался не сразу. Новозаветные книги, впоследствии вошедшие в канон, были написаны между 40 и 100 годами по Р. Х. Однако наряду с ними в первые века исторического бытия Церкви существовало множество других книг, претендовавших на место в новозаветном каноне. Хотя в общих чертах канон Нового Завета сложился уже к середине II века, относительно некоторых книг (Иак., Иуд., 2 Пт., 2 и 3 Ин., Евр., Апок.) долгое время сохранялось сомнение. В то же время в канон иногда включались книги, которые затем были из него исключены: “Дидахэ”, “Пастырь” Ермы, Послание Варнавы, Послание Климента Римского к Коринфянам и др. В настоящем виде новозаветный канон окончательно был утвержден на поместных соборах в IV веке: Иппонском Соборе 393 г. и Карфагенском Соборе 397 г.

Большинство книг, не признанных Церковью в качестве богодухновенных писаний, были отвергнуты как вышедшие из среды еретиков, их называют апокрифическими. Некоторые книги, хотя и не были признаны богодухновенными и не входят в канон, тем не менее, рекомендуются Церковью для назидательного чтения, например, протоевангелие Иакова, евангелие от Никодима, “Пастырь” Ермы и др.

 

6. НЕКАНОНИЧЕСКИЕ КНИГИ В СОСТАВЕ ВЕТХОГО ЗАВЕТА

Православная Церковь в изданиях Библии помещает в составе Ветхого Завета несколько неканонических книг: 1-я, 2-я и 3-я Маккавейские, 2-я и 3-я Ездры, Товита, Баруха, Юдифь, книга Премудрости Соломона, книга Премудрости Иисуса, Сына Сирахова. Неканонические книги рекомендуются Церковью для назидательного чтения и пользуются большим веро- и нравоучительным авторитетом.

Формальным признаком, отличающим неканонические книги от канонических, является язык, на котором эти книги дошли до нас. Все канонические книги Ветхого Завета сохранились на древнееврейском языке, тогда как книги неканонические дошли до нас на языке греческом, за исключением 3-й книги Ездры, сохранившейся в латинском переводе.

 

7. ДРЕВНИЕ СИМВОЛЫ ВЕРЫ

С древнейших времен Крещение в Церкви не совершалось без того, чтобы крещаемый не исповедал свою веру. Для этого использовали Символы веры, которых в древности было много. По существу в каждой поместной Церкви был свой Символ веры, который читался перед Крещением и изучался во время оглашения. Очевидно, такой же или близкий по содержанию символ должны были исповедывать лица, посвящаемые в священный сан и т.д.

Символ веры складывался в поместной Церкви, поэтому как бы вся поместная Церковь может рассматриваться в качестве автора этого Символа.

Можно с большой степенью вероятности предположить, что в основе всех древних символов лежит некое общее исповедание, которое восходит к самим апостолам. Можно сказать, что и наш Никео-Цареградский Символ веры, составленный на I и II Вселенских Соборах, также своими корнями уходит именно в это апостольское исповедание.

 

8. НИКЕО-ЦАРЕГРАДСКИЙ СИМВОЛ ВЕРЫ

Никео-Цареградский Символ веры был составлен отцами I и II Вселенских Соборов. В основании его лежат более древние крещальные символы, которые, в свою очередь, восходят к изначальному апостольскому правилу веры. Отцы I Вселенского Собора в Никее (325 г.) составили орос, в который входили первые семь членов Символа веры. Никейский Символ пользовался общецерковным авторитетом как точное выражение Православной веры. Его авторитет подтверждали последующие Вселенские Соборы, до IV включительно. На II Вселенском Соборе в Константинополе (381 г.) к Символу были добавлены еще пять членов, а первые семь членов, принятые в Никее, были переработаны. В соборных документах Никео-Цареградский Символ веры впервые встречается в актах IV Вселенского Собора, который признал его непогрешимой формулой веры. Во второй половине V века Никео-Цареградский Символ распространился повсеместно и вытеснил как Никейский, так и более древние крещальные символы из богослужебной практики Церкви.

 

9. ДОГМАТИЧЕСКИЕ ПОСТАНОВЛЕНИЯ СЕМИ ВСЕЛЕНСКИХ СОБОРОВ

На I и II Вселенских Соборах, как было сказано выше, был принят Никео-Цареградский Символ веры. На последующих Вселенских Соборах были приняты четыре вероопределения:

III Вселенский Собор – не вносить изменений и дополнений в существующий Символ веры;

IV Вселенский Собор – знаменитый орос о модусе соединения двух природ во Христе;

VI Вселенский Собор – изложение учения о двух волях и двух энергиях во Христе;

VII Вселенский Собор – вероопределение об иконопочитании.

 

10. ДОГМАТИЧЕСКИЕ ПОСТАНОВЛЕНИЯ ПОМЕСТНЫХ СОБОРОВ

Догматические постановления Поместных Соборов, как правило, более пространны, менее точны и касаются не глобальных, а более частных вопросов.

Второе правило Пято-шестого, так называемого Трулльского, Собора 691-692 гг. утвердило догматические тексты и постановления целого ряда поместных Соборов, т. е. все догматические тексты, которые содержатся в правилах святых апостолов, в правилах святых Отцов и в правилах 9-ти Поместных Соборов.

Особое значение для догматического богословия имеют првила Карфагенского собора (если брать нумерацию, которую дает Книга Правил, – правила 109-116, где разбирается учение о первородном грехе, о благодати и т. д.).

Кроме этого, большое догматическое значение имеют также Константинопольские Соборы. Конечно, нельзя сказать, что они исторически заменили Вселенские Соборы после VII Вселенского Собора, но в общем-то для православного мира, для восточного христианства значение постановлений этих Соборов было очень велико.

Прежде всего необходимо отметить Константинопольский Собор 879-880 гг. при святом Патриархе Фотии Константинопольском. Собор был по сути вселенским по своему составу. Этот Собор важен тем, что он подтвердил неизменность Никео-Цареградского Символа веры и осудил тех, кто вносит в него изменения. Конечно, это правило Собора было прямо направлено против распространявшейся в то время на Западе практики введения в Символ веры filioque.  Собор прямо не говорит об этом, но из контекста совершенно ясно видно, что здесь подразумевается.

Константинопольский Собор 1076 г., так называемый Собор на философа Иоанна Итала. В XI веке в Византии возникает интерес к языческому прошлому, к античной культуре, и у некоторых философов, богословов и, так сказать, гуманистов этот интерес становится не вполне критическим. На этом Соборе, где был осужден Иоанн Итал, были осуждены некоторые положения платоновской философии. Сам Иоанн был осужден за попытку построения системы христианской метафизики, независимой от Божественного Откровения.

На следующем Константинопольском Соборе 1117 г. рассматривали заблуждения двух богословов, монаха Нила и митрополита Евстафия Никейского. Они вступили в христологический спор с армянскими монофизитами. Этот спор касался следующего вопроса: как рассматривать обожение человеческой природы во Христе? Было два альтернативных термина: обожение по усыновлению и обожение по природе.

Армяне настаивали на обожении по природе, как монофизиты, а Нил и Евстафий – по усыновлению. Таким образом, они впадали, по существу, в несторианскую ересь, т.е. логическим выводом из их позиции было то, что обожение человечества во Христе в принципе не отличается от обожения по благодати всякого верующего, спасающегося во Христе.

Собор пришел к выводу, что оба эти термина неприемлемы для выражения тайны обожения человеческого естества в Лице Господа, поскольку во Христе человечество и Божество соединяются особым уникальным ипостасным образом.

Собор 1156-1157 гг. рассматривал заблуждения архидиакона Сотериха Пантевгена, нареченного Патриарха Антиохийского. Спор касался его учения о Евхаристии, о том, как истолковать слова литургической молитвы ”Ты бо еси приносяй и приносимый, премляй и раздаваемый… “.

Очевидно, что Сотерих Пантевген пришел к смешению ипостасных и природных свойств во Христе. В частности, “принесение” жертвы и “принятие” жертвы он был склонен рассматривать как некие ипостасные свойства Отца и Сына, т.е. наряду с нерожденностью, рождением и исхождением вводились некоторые еще дополнительные ипостасные свойства. Собор осудил это учение как ересь и утвердил учение, согласно которому искупительная жертва приносится Христом по человечеству, и приносится она не Отцу, а всей Пресвятой Троице.

Собор 1166-1170 гг. проходил как бы в два этапа: в 1166 г. и в 1170 г. рассматривался один и тот же вопрос. Спор касался истолкования стиха из Евангелия от Иоанна “… Отец Мой больше Меня” (Ин. 14, 28). Вопрос был такой: имеет ли этот стих отношение к христологии? То, что эти слова можно понимать в тринитарном смысле и то, что Христос называет Своего Отца большим Себя, поскольку Отец является ипостасным источником бытия Сына, было давно известно в восточной святоотеческой традиции. А вот можно ли эти слова применить собственно к христологии? Обвиняемой стороной на Соборе были архимандрит Иоанн Ириник и митрополит Керкирский Константин. Они считали, что человечество во Христе обожено до такой степени, что оно должно почитаться вместе с Его Божеством, что оно от Божества совершенно неотличимо и что говорить о различении человечества и Божества во Христе после Вознесения можно только “по примышлению”. По существу, это было не что иное, как впадение в монофизитскую ересь.

Собор принял решение, что во Христе даже после полного обожения имеет место полнота истинного человечества, что даже на вершинах обожения существует совершенное качственное отличие Божества и Человечества. К тому же было указано, что вопрос был поставлен этими двумя авторами некорректно, поскольку Православие никогда не рассматривало божественную природу как предмет религиозного поклонения, что предметом поклонения всегда является Лицо, Личность, т.е. лица Пресвятой Троицы, а не безличное божественное естество.

Константинопольские Соборы XIV в. (1341, 1347, 1351 гг.) посвящены спорам святителя Григория Паламы с Варлаамом Калабрийским о природе фаворского света. Решения этих соборов известны: было утверждено учение святителя Григория Паламы о двух модусах существования Божества: в непознаваемой сущности и в сообщаемых энергиях. Было признано, что эти энергии являются нетварными, и что, соответственно, так называемый фаворский свет, видения которого сподоблялись подвижники-исихасты, является реальным созерцанием Божественных энергий.

Иерусалимский Собор 1672 г. был собран против Константинопольского Патриарха Кирила Лукариса, который обнаружил в своем богословии очень сильное влияние кальвинизма. В одной из своих работ он изложил христианское учение в реформатском духе. Учение Кирилла Лукариса было осуждено, Собор принял, так называемое исповедание Досифея, Патриарха Иерусалимского. Исповедание Досифея легло в основу Послания Восточных Патриархов 1672 года.

Можно отметить еще Константинопольский Собор 1872 г. по поводу так называемой “болгарской схизмы”, на нем была осуждена ересь “филетизма”, т.е. внесения в Церковь неоправданных разделений по этническому признаку.

 

11. ИСПОВЕДАНИЯ ВЕРЫ

Исповедание веры – это исповедание, составленное определенным лицом или группой лиц.

Можно отметить следующие основные отличия исповеданий веры от Символов:

1) Исповедание веры, в отличие от Символа веры, всегда имеет конкретного автора или авторов.

2) Исповедание веры обычно более пространно, чем Символ.

3) Очень часто Исповедание носит полемический характер.

4) Исповедания никогда не употреблялись в литургической жизни Церкви.

 

Самое древнее из исповеданий, известных нам, – это исповедание святителя Григория Неокесарийского. Составлено оно примерно между 260-265 гг. по Р.Х. В этом исповедании рассматривается прежде всего вопрос о Пресвятой Троице. Святитель Григорий говорит о божественном достоинстве Лиц Троицы (одобрено VI Вселенским Собором).

Следующие исповедания:

- святителя Василия Великого (IV в.) “Против ариан”;

- преподобного Анастасия Синаита (VI в.) “Краткий катихизис”;

- святителя Софрония, патриарха Иерусалимского (VII в.) “О Святой Троице, двух волях Христа” (одобрено VI Вселенским Собором);

- исповедание святителя Григория Паламы (1351 г.) (в этом исповедании в краткой форме выражено общецерковное учение по всем основным богословским вопросам, в частности, по вопросам, касающимся споров относительно природы фаворского света и вопроса о границах богопознания; одобрено Константинопольским Собором 1351 г.);

- исповедание святителя Марка Эфесского на Ферраро-Флорентийском Соборе 1439-1440 гг. (обстоятельное изложение православного учения, особенно по спорным с католиками вопросам, таким как главенство папы, filioque и т.д.);

- исповедание Патриарха Константинопольского Геннадия Схолария (XV в.) (после падения Византии, когда Константинополь был завоеван турками, было представлено турецкому султану Мухамеду II);

- исповедание веры, которое известно под наименованием исповедания Афанасия Александрийского (как доказывает современная наука, в действительности это исповедание не принадлежит святителю Афанасию, оно возникло во Франции не ранее VI-VII вв., содержит учение о Христе, о Троице, причем именно в латинском, августиновском духе, с filioque; это исповедание было хорошо известно в России в прошлом веке, часто можно встретить это исповедание или цитаты из него в дореволюционных пособиях).

 

12. ТРУДЫ СВЯТЫХ ОТЦОВ И УЧИТЕЛЕЙ ЦЕРКВИ

Пято-шестой Собор своим 19 правилом устанавливает следующий подход к толкованию Священных книг: “… аще будет исследуемо слово Писания, то не иначе да изъясняют оное, разве как изложили светила и учители Церкви в своих писаниях”.

Итак, кого же мы называем Отцами Церкви, и что отличает Отцов Церкви от прочих богословов и церковных писателей? Формально можно выделить три принципа, по которым тот или иной богослов считается Отцом Церкви:

1) Sanctitas vitae – святость жизни;  

2) Sanitas doctrinae – здравость учения, истинность, верность учения; 

3) Ecclesial declaratio – свидетельство Церкви.

Почему святость жизни лежит в основе признания того или иного богослова святым Отцом и учителем? По той причине, что святость расширяет познавательные способности человека. Об этом пишет апостол Павел: “… духовный судит о всем…” (1 Кор. 2, 15).

Святой отец III века святитель Мефодий Патарский следующим образом развивает ту же мысль апостола Павла: “Совершеннейшие по степени преуспеяния составляют как бы одно лицо и тело Церкви. И подлинно, лучше и яснее усвоившие истину, как избавившиеся от плотских похотей через совершеннейшее очищение и веру, делаются Церковью, … чтобы приняв чистое и плодотворное семя учения, с пользою содействовать проповеди для спасения других”.

Связь между чистотой учения того или иного Отца и церковным Преданием устанавливается через свидетельство Церкви, так называемое ecclesial declaration. Именно свидетельство Церкви подтверждает достоинство богословской мысли того или иного Отца.

Естественно, тут могут законно возникнуть следующие вопросы: как отличить подлинное учение Отцов, имеющее авторитет, от частных мнений тех или иных отцов, в том числе и ошибочных?

Для этого существует специальное понятие: consensus partum, согласие Отцов, т.е. в святоотеческом учении принимается та его часть, по которой имеется единодушное мнение всех или значительного большинства святых Отцов. Согласие Отцов по тому или иному вопросу представляет собой теологумен, с которым необходимо считаться, если желаешь остаться верным Преданию. Блаженный Августин по этому поводу говорит: “Кто отступает от единодушного согласия отцов, тот отступает от всей Церкви”. Как правило, по важнейшим вопросам догматического характера разночтений у Отцов нет. Эти разночтения имеют место в основном по второстепенным вопросам.

 

13. “СИМВОЛИЧЕСКИЕ КНИГИ” ПРАВОСЛАВИЯ

“Символические книги” – это пространные изложения веры, которые возникают на Западе в эпоху Реформации. Само появление этих книг свидетельствовало о выпадении западных деноминаций из Церковного Предания. В эпоху Реформации возникает множество различных протестантских движений, которые не всегда понимают, чем же они, собственно, друг от друга отличаются. Для того, чтобы как то самоидентифицироваться, изложить собственную веру, в различных протестантских деноминациях возникают такие вероучительные книги, получившие название “символических книг”.

В Православии, где Предание никогда не прерывалось, основания для возникновения таких книг просто не существует, поэтому само наименование “символические книги” Православия весьма условно, оно проникает в Православие, конечно, под влиянием западного богословия.

К числу вероучительных книг относят, во-первых, “Православное исповедание Кафолической и Апостольской Церкви Восточной”. Оно составлено в 30-х годах XVII века известным церковным деятелем митрополитом Киевским Петром Могилой. Это исповедание митрополит Петр Могила представил для обсуждения сначала на Киевском Соборе в 1640 году, а через два года, в 1642 г., на Соборе в городе Яссы. Уже на этих Соборах разгорелись ожесточенные споры относительно достоинства этого произведения. Многим из участников этих Соборов оно казалось очень уж проникнутым латинским духом, хотя сам Петр Могила был активным борцом с католической экспансией в западных русских землях. Впервые это произведение увидело свет на латинском языке в Голландии в 1667 году, а в 1695 году – в Лейпциге. При патриархе Андриане в 1696 году был сделан славянский перевод, а русский перевод – в 1837 году.

Об этом произведении отец Георгий Флоровский в своих знаменитых “Путях русского богословия” отзывается следующим образом: “… “Исповедание” составлено по латинским книгам и схемам… (Оно) есть только как бы “приспособление” или “адаптация” латинского материала и изложения”.

Следующей так называемой “символической книгой” является “Послание Патриархов Православной кафолической Церкви о православной вере”. Это Послание было утверждено четырьмя восточными патриархами: Константинопольским, Александрийским, Антиохийским и Иерусалимским на Константинопольском Соборе 1725 года. В основу его положено исповедание Досифея, патриарха Иерусалимского. По содержанию оно, в целом, православно, но также содержит много латинских мнений по ряду частных вопросов. Чего стоит утверждение того, что мирянам недопустимо самостоятельно читать Священное Писание. Есть там и другие следы латинского влияния.

Об этих книгах, как об исповедании митрополита Петра Могилы, так и о Послании Восточных Патриархов, архиепископ Брюссельский и Бельгийский Василий (Кривошеин), один из видных богословов Русской Церкви XX века, писал следующее: “Православное богословие вооружилось западным схоластическим богословским оружием… что … в свою очередь, повело к новому и опасному влиянию на православное богословие не только несвойственных ему богословских терминов, но и богословских и духовных идей”.

Этим двум произведениям – “Православному исповеданию Соборной Кафолической и Апостольской Церкви Восточной” и “Посланию Восточных Патриархов” – иногда придается излишне большое значение. Однако на них не стоит смотреть как на некие “символические книги” Православия, аналогично тому, как к своим символическим книгам относятся протестанты. Конечно, хотя эти книги и имеют для нас определенный авторитет, но признать за ними непреходящее общецерковное значение мы не можем, это не более чем исторические памятники догматического характера.

Архиепископ Макарий (Булгаков) в “Догматическом богословии” к числу символических книг Православия относит также и “Катихизис Православной Восточной Кафолической Церкви”, составленный святителем Филаретом Московским.

Это произведение было составлено в 1823 году, в 1824 году была произведена новая редакция, все цитаты из Священного Писания, которые первоначально были даны на русском языке, были заменены на цитаты славянские. Потом было издание 1827-28 годов, и последнее издание, которым мы пользуемся сейчас – это издание 1839 года. В этом издании “Катихизис” святителя Филарета был переработан в сторону большей латинизации под влиянием прокурора Святейшего Синода графа Протасова, который сам был выучеником иезуитской коллегии. Особенно это коснулось учения об Искуплении, о котором говорится в юридических терминах. Искупление определяется как “удовлетворение Божия правосудия”.

Все же, в отличие от двух первых книг, о которых речь была выше, “Катихизис”святителя Филарета отличается в лучшую сторону.

 

14. ДОГМАТИЧЕСКИЕ СИСТЕМЫ

Догматическая система представляет собой такой способ изложения вероучительных истин, при котором все отдельные истины и положения представляют собой части, связанные в единое целое.

В истории христианской мысли первой попыткой построить догматическую систему была работа известного дидаскала александрийской катехизической школы Климента Александрийского (конец II века). Его произведение “Строматы” – это все-таки не более чем попытка построения системы, а не система в полном смысле слова.

Систему догматического богословия христианского вероучения во всей полноте впервые удалось построить преемнику и продолжателю дела Климента – Оригену. Его труд “О началах” – это, по существу, первая законченная система христианского богословия. Нет нужды говорить, что она оказалась несовершенной, поскольку многие постулаты и предпосылки, на которых основывался Ориген, оказались ложными и даже попали впоследствии под анафемы V Вселенского Собора. Несмотря на это, Ориген оказал огромное влияние на развитие последующего богословия, и в течение нескольких веков система Оригена оставалась по существу единственной целостной системой христианского богословия. Даже каппадокийцы учились на системе Оригена, хотя они избежали тех крайностей, которые содержались в оригеновых текстах.

Из древних отцов-богословов, пытавшихся построить системы догматического богословия, следует отметить святителя Кирилла Иерусалимского, его знаменитые “Огласительные слова”. Это весьма обстоятельный труд, но его недостатком является невысокий богословский уровень, поскольку это произведение было обращено не к богословам, а к оглашенным, т. е. людям, которые еще не вступили в Церковь, а только готовятся к этому.

Можно указать также на “Большое огласительное слово” святителя Григория Нисского. Это солидная и достаточно хорошо обоснованная догматическая система. В первой половине V века появилась работа блаженного Феодорита Киррского “Сокращение Божественных догматов”.

Наиболее совершенным трудом, представляющим собой вершину систематизации святоотеческой богословской мысли, следует признать труд святого Иоанна Дамаскина “Источник знания” в трех частях. С точки зрения догматического богословия особое значение имеет третья часть этого труда, которая известна под названием “Точное изложение православной веры”. Эта книга не утратила своей актуальности до сего дня. На христианском Востоке она являлась учебником богословия в течение многих веков, вплоть до Нового времени, т. е. до тех пор, пока западная схоластика не стала проникать на православный Восток.

В истории русской богословской мысли было несколько авторов, которые брались за построение догматических систем. Первым, конечно, нужно назвать митрополита Макария (Булгакова). Будучи архиепископом Харьковским, он написал обстоятельнейший двухтомный труд, но несколько схоластичный. Что такое схоластика по своему существу? Схоластика – это такой метод богословствования, который основан на убеждении в том, что любую вероучительную истину можно чисто логическим, рациональным путем обосновать, и даже не только обосновать, но и доказать. Это чисто западный подход к вероучению, во многом его разделял и митрополит Макарий. Этим обусловлено несколько сухое, иногда скучное изложение материала. Конечно, это труд не вполне самостоятельный, он находится под сильным влиянием западных догматик, но, в целом, труд хороший, прекрасный богословский справочник, в котором можно найти по очень многим догматическим вопросам хорошую подборку библейских и святоотеческих цитат.

Следующий труд – “Догматическое богословие” архиепископа Черниговского Филарета (Гумилевского). Он представляет собой попытку преодолеть схоластическое наследие, которое мы встречаем у митрополита Макария, но этот труд, хотя он и лучше, чем книга митрополита Макария, не получил широкого распространения.

Затем следует назвать “Опыт догматического богословия” епископа Каневского Сильвестра (Малеванского). Этот объемнейший труд в пяти томах был издан в 1892 году. Епископ Сильвестр предложил исторический метод изложения догматов, т. е. сделал попытку показать, как развивалось догматическое учение Церкви в исторической перспективе. В этом, конечно, его большая заслуга.

“Догматическое богословие” протоиерея Николая Малиновского – труд тоже довольно большой по объему и интересно написанный, но несколько неровный. В нем имеются и сильные, и слабые места, т. е. к нему нужно относиться с некоторой осторожностью, потому что протоиерей Николай Малиновский стремился использовать в своем труде как можно больше всевозможных источников и часто подходил к ним некритически.

После 1917 года в русской богословской традиции попыток построить именно целостную систему догматического богословия не было, хотя, например, есть “Догматическое богословие” Владимира Николаевича Лосского, но, в сущности, это есть не более чем курс блестящих лекций по догматическому богословию. Однако назвать это догматической системой в полном смысле слова нельзя.

Православное догматическое богословие развивалось и в XX веке, появлялись новые попытки построения догматических систем, в основном у греков. Было несколько греческих авторов, труды которых увидели свет уже во второй половине XX века, это профессора Скутерис, Трембелос, Феодору. Это довольно обстоятельные труды на греческом языке.

Имела место попытка построения догматической системы и в Сербской Церкви. Это трехтомный труд архимандрита Иустина (Поповича) “Догматика”. Этот труд интересен скорее личностью самого автора. Конечно, архимандрит Иустин – один из величайших подвижников нашего времени, но его труд, при всех его достоинствах, не вполне самостоятелен и обнаруживает явную зависимость от русских догматистов дореволюционного времени.

 

15. ПРАВОСЛАВНАЯ КАТИХИЗИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА

Сокращенная система догматического богословия называется катихизисом. Катихизическая литература служит для приобретения верующими четкого догматического сознания.

Первоначально научение истинам веры осуществлялось изустно, основанием для такого научения служили достаточно краткие Символы и Исповедания веры. Позднее стали появляться более пространные изложения вероучения, катихизисы в современном значении слова. Среди авторов “катихизисов” были известные отцы и учители Церкви. В Православной Церкви большим авторитетом пользуются “Огласительные слова” свт. Кирилла Иерусалимского (387), “Большое огласительное слово” свт. Григория Нисского (ок. 394), Enchridition ad Laurentium… (Руководство для Лаврентия…) блж. Августина (430), “Катихизис” прп. Феодора Студита (820) и др.

Помимо авторских книг, существуют катихизические произведения, где изложение и истолкование вероучения предлагается от лица Церкви. Такие книги, имеющие большой авторитет, иногда называют символическими книгами Православия (об этих книгах речь шла в п.13, однако для сравнительной характеристики степени авторитетности различных катихизических произведений скажем о них здесь еще раз). К числу символических книг относят:

а) “Православное исповедание Кафолической и Апостольской Церкви Восточной”, составленное в 1640 г. при активном участии митрополита Киевского Петра (Могилы). Исповедание было утверждено Восточными Патриархами (Константинопольским, Александрийским, Антиохийским и Иерусалимским) в 1643 г. В Русской Церкви “Православное исповедание” было принято в 1685 г. при патриархе Иоакиме. В 1696 г. при патриархе Адриане это решение было подтверждено, а “Исповедание” было рекомендовано в качестве учебного пособия.

б) “Изложение Православной Веры Восточной Церкви” (в Русской Церкви известно под названием “Послание Патриархов Православно-кафолической Церкви о православной вере”. Оно было составлено Иерусалимским патриархом Досифеем и в 1672 г. одобрено архиерейским совещанием в Иерусалиме. В 1725 г. “Изложение” было одобрено четырьмя Восточными Патриархами. Тогда же к нему присоединилась и Русская Церковь.

Каково должно быть наше отношение к этим вероизложениям? Несомненно, в целом они православны, однако их авторы сами были не вполне свободны от влияния западного, латинского богословия, что и проявилось в некоторых частных положениях. Очевидно, что “Исповедание” и “Послание” не могут иметь общецерковного непреходящего значения, как, например, догматические определения Вселенских Соборов. Несмотря на то, что они сохраняют для нас значительный авторитет, это не более чем исторические памятники догматического характера.

Для Русской Православной Церкви особое значение имеет “Пространный Катихизис Православной Кафолической Восточной Церкви”, основную часть которого составил свт. Филарет (Дроздов). Однако этот “Катихизис” нельзя рассматривать как авторский. Во-первых, он подвергался редактированию. Во-вторых, “Пространный Катихизис” был единогласно принят Святейшим Синодом Русской Православной Церкви и утвержден императором. Эти решения до сих пор никем не были отменены.

Фактически “Пространный Катихизис” выражает позицию всей Русской Церкви XIX в. “Катихизис” издавался в трех редакциях: в 1823-1824 гг., в 1827-1828 гг., в 1839 г. и в последней, третьей, редакции подвергся переработке в духе латинского богословия. По своему богословскому уровню “Пространный Катихизис” выше, чем “Православное Исповедание” и “Послание Восточных Патриархов”.

В XX столетии появилось большое количество авторских катихизисов: “Катихизис” епископа Александра (Семенова-Тянь-Шанского), “Катихизис” прот. Владимира Глиндского, семейный катихизис “Жив Бог”, составленный группой православных христиан из Франции, “Основы Православия” прот. Фомы Хопко и др., однако ни один из них по степени своей авторитетности не может быть сопоставлен с “Пространным Катихизисом”.

Завершая приведенный выше обзор, перечислим основные группы, к которым можно отнести тексты вероучительного содержания.

 

 

КАНОНИЧЕСКИЕ КНИГИ СВЯЩЕННОГО ПИСАНИЯ

Неканонические книги в составе Ветхого Завета рекомендуются Церковью для назидательного чтения и пользуются большим веро- и нравоучительным авторитетом

 

НИКЕО-ЦАРЕГРАДСКИЙ СИМВОЛ ВЕРЫ, выработанный и утвержденный на I и II Вселенских Соборах и закрепленный в неизменной форме на последующих Вселенских Соборах

 

ДОГМАТИЧЕСКИЕ ПОСТАНОВЛЕНИЯ СЕМИ ВСЕЛЕНСКИХ СОБОРОВ (догматические определения (оросы) Вселенских Соборов обладают, несомненно, в Православии непререкаемым и не отменяемым авторитетом, хотя и можно мыслить, что их постановления могут быть на будущих Вселенских Соборах, если таковые будут созваны, пополнены и дополнительно разъяснены, как в древности последующие Вселенские Соборы пополняли постановления предыдущих

 

Догматические постановления древних Поместных Соборов, утвержденных VI Вселенским Собором (точнее, 2-м правилом Трулльского Собора 691-692 гг., рассматриваемого как продолжение V и VI Вселенских Соборов)

 

Догматические постановления последующих Поместных Соборов

 

Некоторые из апокрифических книг, не включенных в канон, рекомендуются Церковью для назидательного чтения, например, протоевангелие Иакова, евангелие от Никодима, “Пастырь” Ермы и др.

Древние Символы веры

Исповедания веры

Литургические тексты Православной Церкви

Мученические акты и жития святых

 

Творения святых отцов и учителей Церкви

 

“Символические книги” Православия

Догматические системы

Катихизисы (катихизис – сокращенная система догматического богословия)

 

 

 (Списки основных источников (книг и звукозаписей) по темам “Катихизис” и “Догматическое богословие” будут приведены в отдельных файлах)


Автор: Администратор
Дата публикации: 05.03.2014

Отклики (0)

    Вы должны авторизоваться, чтобы оставлять отклики.