Пра́зднует днесь весь Афо́н,/ я́ко песнь прия́т от А́нгела чу́дно/ Тебе́, Чи́стей Богома́тери,// Ю́же вся тварь чтит, сла́вящи.

Икона Богородицы "Достойно есть". Кондак, глас 4.



13-14.4. Степенны антифоны 4 гласа

Эти же степенны мы будем петь на праздник апп. Петра и Павла (лекция прочитана в преддверии праздника).
Степє1нна, глaсъ д7. ҐнтіфHнъ №, и4хже стіхи2 повторsюще поeмъ:
T
ю4ности моеS мн0зи б0рютъ мS стр†сти, но сaмъ мS заступи2, и3 сп7си2 сп7се м0й.

Первоисточник этого антифона псалом 128й. 
Пёснь степeней рк7и.
№. М
н0жицею брaшасz (брань, борьба, боролись) со мн0ю t ю4ности моеS;
в7. Мн0жицею брaшасz со мн0ю t ю4ности моеS, и4бо не премог0ша мS.
G. На хребтЁ моeмъ дёлаша грBшницы, продолжи1ша беззак0ніе своE.
д7. ГDь првdнъ ссэчE вы6z грёшникwвъ.
Ненави1дzщіи сіHна, посрами1тесz t гDа, ћкw травa бо nгнeмъ бyдете и3зс0хше.

Сион - гора; место храма; святое место; икона Неба.
Ещё Сион - Церковь. От начала Она борима. Златоуст говорит: нападали все: сна­чала цари, народы, властители, потом коварные еретики, и со всех сторон поднимались против неё великие и разнообраз­ные войны. 
Добавим к царям, народам, властителям, коварные еретикам и нас с вами, ведь и мы, когда допускаем овладевать душами нашими греховным страстям, мы ведь тоже боремся, мы такие же Богоборцы, хотя нам-то конечно наши намерения представляются благими.
Но - продолжаем слушать Златоуста:
Однако ничто не одолело её; враги сокрушены, а Церковь процветает. 
Как бы мы не мешали Богу, Церковь Его неодолима. 

є7. Да постыдsтсz и3 возвратsтсz вспsть вси2 ненави1дzщіи сіHна:
ѕ7. Да бyдутъ ћкw травA °на здёхъ° (°на кр0вэхъ°), ћже прeжде восторжeніz и4зсше:

Златоуст: Хотя трава и на тучном поле скоро увядает, но он (псалмопевец), желая сильнее выразить ничтожность противников, сравнивает их с травою на кровлях… 
…они не имеют ни корня, ни основания, но на короткое время кажутся цветущими, а потом обличаются и падают сами собою. Таково и благоден­ствие живущих нечестиво, такова слава житейских благ! Они лишь только являются, тотчас и исчезают, не имея ни основания, ни силы. Вот почему не должно прилепляться к ним, но представляя их скоротечность, стремиться к предметам веч­ным, непоколебимым и не подвергающимся превратности.

Ненавидящие горнее, святое, Небо как трава на кровле,  всякая трава иссыхает, но та, что не укоренена иссыхает скоро.
Трава на здех есть также образ гордеца, который - пре-вознесшийся на кровлю - не-леп, чрез-мерен и не-уместен (т.е. занимает неподобающее место, траве должно расти на земле, а не на крышах), трава на здех растёт на высоте, но эта её высота вместо Неба. Продолжим словами блж. Августина: насколько лучше бы ей вырасти пониже (быть смиренной) и радостнее зеленеть (усердием в духовном делании, в терпении скорбей, в стяжании Духа, стремлением к простоте и правде; зеленеть - собственно расти, жить). А так она вырастает повыше, чтобы тем скорее засохнуть. Ещё её не вырвали, а она уже засохла, ещё не свершился о них суд Божий, а уже нет в них сока зелени. Посмотрите внимательно на дела их и вы увидите, что они засохли. Но живут они здесь, значит их ещё не вырвали, а они стали уже как сено крыш,  которое, прежде чем быть вырванным, уже засохло (блж. Августин, толкование на Пс 128). Т.е. ещё до сбора урожая они уже негодны, прежде смерти мёртвы, прежде суда осуждены.
Слaва: С™hмъ д¦омъ всsка душA живи1тсz 
[Дух есть, Иже оживляет - Дух животворит (Ин 6.63); Дух - жизни Податель (молитва Царю Небесный)]
и3 чистот0ю возвышaетсz, [и очисти ны от всякия скверны  (молитва Царю Небесный)
свэтлёетсz трbческимъ є3ди1нствомъ сщ7еннотaйнэ.

Значение слова светлеется самоочевидно, перевода не требуется, однако, если перевести греч. λαμπρύνεται, добавятся и ещё «оттенки»: украшается, сияет
__________________________                     _
ҐнтіфHнъ в7: 
В
оззвaхъ тебЁ гDи тeплэ, и3з8 глубины2 души2 моеS, и3 мнЁ да бyдутъ на послушaніе б9eствєннаz тво‰ ўшесA.
Пёснь степeней, рк7f.
№. И
#з8 глубины2 воззвaхъ къ тебЁ, гDи: гDи, ўслhши глaсъ м0й.
в7. Да бyдутъ ќши твои2 внeмлющэ глaсу молeніz моегw2.

Златоуст: Что значит: «из глубины»? 
Внимание, молитвенники, великий учитель Церкви преподаёт урок и молитвы, да и всякого духовного делания:
«Из глубины (сердца) я воззвал к Тебе, Господи». Здесь пророк употребляет два выражения: «из глубины» и «воззвал», разумея под воззванием не звук голоса, а расположение души…
…Не просто устами, не просто языком, - потому что слова льются и тогда, когда мысль блуж­дает, - но из глубины сердца, с великим усердием и рев­ностью, из самых оснований души.

А вот слова нашего почти современника архимандрита Софрония (Сахарова): Боль души неустранима, но из этой боли рождается сила молитвы. Вздохи из глубины достигнут высоты вечности (письмо семье о.Бориса Старка от 28 апреля 1976 г.)
На гDа надeжду всsкъ кто2 стzжaвъ, вhшшій є4сть всёхъ скорбsщихъ.                                 Вот что пишет святитель Иоанн Златоуст:
Таковы души скорбящих: они потрясаются всецело, в самом сердце, призывая Бога с великим сокрушением; потому и бывают услышаны. 
Чтобы быть услышанными мало приносить Богу плод устен (свт. Игнатий (Брянчанинов)), нужно быть потрясенным, нужно чтобы - с сокрушенным сердцем, нужно - из глубины.  
Такие молитвы, - продолжает Златоуст, - имеют великую силу, не рассеиваясь и не колеблясь, хотя бы диавол нападал с великою дерзостью. Как дерево крепкое, весьма глубоко пустившее корни в землю и обхватив­шее недра её, противостоит всякому порыву ветра, а дерево, держащееся на поверхности, колеблется при малом дуновении ветра, вырывается с корнем и падает на землю, так точно и молитвы, исходящие из недр души и имеющие корень в глубине её, остаются крепкими и неослабными и не колеблются, хотя бы приступали бесчисленные помыслы и все полчище диа­вола; а молитвы, исходящие из рта и с языка, но не проис­ходящие из глубины души, не могут даже взойти к Богу, по беспечности молящегося, потому что малейший стук возмущает его и всякий шум отвлекает его от молитвы, - уста его изда­ют звук, но сердце пусто и ум не занят…
…может ли получить прощение
<…> молящийся без­жизненно, с мертвою душою? Потому мы часто и отходим тщет­ными после молитвы.
…малейший стук возмущает его и всякий шум отвлекает его от молитвы. Значит ли это, что нужно шуметь, суетиться и всячески мешать молящемуся? Нет, конечно, горе тому человеку, через которого соблазн приходит (Мф 18.7), но сам молящийся, когда из глубины, несомненно препобедит собственную рассеянность и нападения забот века сего…                                                        Златоуст продолжает:
Не так молились святые, но с такою ревностью, что преклонялось и все тело. Блаженный Илия, готовясь молиться, во-первых, искал уеди­нения; потом, положив голову между коленами и воспламенив в себе великую горячность, таким образом совершал мо­литвы (3 Цар 18. 42)…  
…Кто молится таким обра­зом, тот еще прежде, нежели получить просимое, получает от молитвы великие блага: укрощает все страсти, смиряет гнев, изгоняет зависть, подавляет похоть, ослабляет любовь к вещам житейским, доставляет душе великое спокойствие, восходит на самое небо. Как дождь, падая на твердую землю, размягчает её, или как огонь смягчает железо, так подоб­ная молитва, еще сильнее огня и лучше дождя, смягчает и орошает ожестевшую от страстей душу. Душа сама по себе нежна и восприимчива; но как вода часто окаменевает от холода, так и душа наша от греха и беспечности отвер­девает и делается камнем. Поэтому нам нужна великая го­рячность, чтобы размягчить затверделость её. Это преимуще­ственно совершает молитва. Итак, когда ты приступаешь к молитве, то заботься не о том только, чтобы получить просимое, но чтобы и во время самой молитвы сделать свою душу лучше, – потому что и это производит молитва. Молящийся таким образом становится выше всего житейского, окрыляет свой ум, де­лает мысль свою легкою, не уловляется никакою страстью.
И ещё. Нерадивого скорбь может обратить к унынию и печали. А должно, чтобы - к упованию, к надежде. О том и прп. Феодор: на гDа надeжду всsкъ кто2 стzжaвъ, вhшшій є4сть всёхъ скорбsщихъ - из всех скорбящих только тот вышний, кто обратил свою скорбь в надежду на Господа. 
Златоуст продолжает: Подлинно, ничто так не может доставлять спасения, как постоянное обращение к Нему, как сохранение этой надежды, хотя бы стек­лось бесчисленное множество обстоятельств, повергающих в отчаяние; это – стена несокрушимая, безопасность невозмутимая, крепость непобедимая. Поэтому, хотя бы обстоятельства угро­жали смертью, опасностью, совершенною погибелью, не переставай надеяться на Бога и ожидать от Него спасения, потому что для Него все легко и удобно, и из безвыходных обстоятельств Он может доставить выход. Не тогда только надейся полу­чить Его содействие, когда дела твои текут счастливо, но осо­бенно тогда, когда настанет волнение и буря, когда будет угро­жать крайняя опасность; тогда-то особенно Бог и показывает Свою силу. Таким образом смысл слов пророка следующий: должно надеяться на Бога постоянно, во все время, во всю жизнь. 
Слaва: С™hмъ д¦омъ т0чатсz (источаются, истекают,  текут, отсюда - источник, исток) бlгод†тныz струи6 (Святой Дух есть благодатный источник, исток благодати), 
напаsющz всsку твaрь ко њживлeнію (этой благодатью Святого Духа напояется всё творение, оно (творение) пьёт её (благодать) и оживает). Тема Духа - жизни Подателя (молитва Царю Небесный) - повторяется и повторяется.
__________________________________
ҐнтіфHнъ G:
С
eрдце моE къ тебЁ сл0ве да возвhситсz, и3 да ничт0же ўслади1тъ мS t мірски1хъ крас0тъ на слaбость.

Смысл тропаря в целом понятен, обратим внимание, однако, на замечательную деталь. На месте слав. усладит стоит греч. глагол θέλγω, он красноречив: зачаровывать, околдовывать; перен. очаровывать, обольщать, завлекать; отуманивать, ослеплять. Таким образом смысл упомянутой здесь сладости однозначно негативен, она обманчива, она - «опиум народа».
То же касательно мiрских красот. Что дурного в созерцании красоты мiра Божьего? Напротив. Но в первоисточнике здесь стоит τερπνόν - наслаждение, удовольствие. Речь, таким образом, не о красоте, а в лучшем случае о «красивости», об эрзаце, о суррогате, если не о чём хуже, чему примерам теперь несть числа. Такие наслаждения тленны и тлетворны. Кстати, и в самом прямом - медицинском - смысле слова. Такого рода наслаждения - да, ослабляют, делают слабым.
Однако и на месте слабость в первоисточнике стоит слово, которое можно перевести как низкий, униженный, приземлённый
Таким образом:
Пусть моё сердце возвысится к Тебе, Господи, а не унизится очарованием наслаждений мира сего. Пусть сердце моё будет обращено горе́ (Горе́ имеим сердца!), а не углебнет в «заботах низкой жизни»…
Значит ли это, что мы должны отказаться от мiра? Нет. Да это и невозможно в полной мере. Но мы не должны поставить мiр вместо Творца. Ищите прежде Царствия Божия - вот кратко смысл этого текста. Об этом все жития, стихиры и тропари, которые мы читаем, слушаем, поём. 
Вот примеры, в таких словах воспеваем мы блж.Ксению Петербургскую [*лекция прочитана в день памяти святой]:
Небесная жизни желая, в житии твоем вся земная пренебрегла еси, сподоби и нас, мати Ксение, молитвами твоими небесныя жизни достигнути.
Услышавши, Ксение, яко небеса поведают славу Божию, отвергла еси суету мирскую и в подвизе поста и лишения на земли Бога славити возжелела еси…

Эти тропари из нового канона. А вот из «зарубежной» службы:
Суету всяческую, яко прах от ногу твоею отрясши, жестоким путем в землю обетования шествовати изволила еси, Ксение… 
Египетские котлы благоденствия презревши и мiру кичливому посмеявшися, Ксение…

Ещё раз повторим вопрос: значит ли, что мы должны отказаться от мiра? Нет. Но в наших же интересах должно нам отказаться от мiра кичливого.
Мiр есть блудница, которая взирающих на нее с вожделением красоты её привлекает в любовь к себе. И кем, хотя отчасти, возобладала любовь к мiру, кто опутан им, тот не может выйти из рук его, пока мiр не лишит его жизни. И когда мiр совлечет с человека все и в день смерти вынесет его из дому его, тогда узнает человек, что мiр подлинно льстец и обманщик (прп. Исаак Сирин).
        Не люби́те мiра, ни того, что в мiре: кто любит мiр, в том нет любви Отчей. Ибо всё, что в мiре: похоть плоти, похоть очей и гордость житейская, не есть от Отца, но от мiра сего. И мiр проходит, и похоть его, а исполняющий волю Божию пребывает вовек (1 Ин 2.15-17).
Вот такой замечательный диалог состоялся у нас на днях с одной нашей прихожанкой: «Пощусь по-мирски», сказала она на исповеди. Нет, говорю ей, так не честно, если пришли каяться в грехах, давайте определим грех и будем с ним работать. Поститься по-мирски, по-монашески, по-афонски, по-тьмутаракански  - это просто разные формы поста, причём здесь грех?.. Это просто общие слова, так нельзя. После некоторых (и к чести р.Б. N. - непродолжительных!) препирательств она прекрасно, коротко, чётко и ясно сформулировала: пыталась подменить свою радость едой.
Вот и о мiре и мiрском то же. Есть нужно, работать нужно, нужно отдыхать, стирать, делать покупки, вообще жизнь в мiру… неизбежна. Но! Подменять едой, работой, «шопингом» радость - не нужно, не должно, нельзя. Просто потому, что это обман. Для человека Небо не должно быть подменено едой-работой-шопингом, жизнь в системе еда-работа-отпуск-еда-работа-отпуск подобна жизни известного домашнего животного, у которого весь смысл жизни к корыте.
Да даже благотворительностью-«отстаиванием служб»-"частым причащением" и т.п. не должно быть подменено. Дела-то всё хорошие, но важно на чём фокусируется взгляд. Если это ступени в Небо, в Царствие Небесное - тогда да. А если на неких отвлечённых принципах, тогда беда. Не говоря уже, если - на своей «праведности». Тогда выходит фарисейство, святошество, имитация, подмена. Потому что в конечном счёте и из "хороших дел" можно сделать упомянутое уже свиное корыто...

Итак, сeрдце моE къ тебЁ сл0ве да возвhситсz
Если согласовать рассматриваемый антифон с Псалмом 130-м, послуживщим для антифона источником, то выходит вот что:
Сердце моё, возносясь к Богу, не превозносится над человеками - Господи, не вознесеся сердце мое - не превознеслось моё сердце, устремляясь сердцем ко Господу, я не превозносил очи мои, не презорствовал, не презирал человеков - ниже вознесостеся очи мои. 
Златоуст вопрошает: 
Что же зна­чит: «Не превозносилось сердце мое и не превозносились очи мои»? Я не возвышал бровей, говорит, и не поднимал шеи.
А у свт. Василия есть такое замечательное выражение о кичливом человеке: гордится суетою ума своего.
Пёснь степeней, Rл.
№. Г
Dи, не вознесeсz сeрдце моE, нижE вознес0стэсz џчи мои2: 

        Господи! не надмевалось сердце мое и не возносились очи мои, и я не входил в великое и для меня недосягаемое.
А что значит: нижE ходи1хъ въ вели1кихъ, нижE въ ди1вныхъ пaче менE.
Златоуст объясняет эти слова так: 
Не входил в сообщение с людьми надменными, богатыми, гордыми, тщеславными. Видишь ли истинное смиренномудрие? Он не только сам был свободен от этой болезни, но избегал и заражённых ею, и избегал подобных собраний, по великой ненависти своей к надменности; отвращаясь этого порока, он не только сам избегал его, не только сделал область сердца своего недоступною для него, но и от преданных ему убегал далеко, чтобы не получить от них какой-нибудь заразы.
Следующий тропарь:
Къ мaтери своeй ћкоже и4мать кто2 люб0вь, ко гDу тeпльше люблeніемъ д0лжни є3смы2.
Должно любить Господа как дитя любит маму и даже «тепльше». Любовь к Богу - основа всякой любви.
В первоисточнике стоит στοργή ἡ - любовь [материнская, сыновняя, любовь матери к чаду, чада - к матери]. В русском языке одним словом «любовь» покрывается сразу несколько весьма различныз движений, это создаёт некоторую путаницу, согласитесь, - любить чадо, друга, Родину, брата, жену, мороженое, музыку, футбольную команду «Спартак» - это ведь о разном.

Псаломские стихи в славянском переводе весьма сложны для восприятия, потому и их разберём, раз уж представился повод.
Пёснь степeней, Rл. 
в7. Ѓ
ще не смиреномyдрствовахъ, но вознес0хъ дyшу мою2, ћкw tдоeное на мaтерь свою2, тaкw воздaси на дyшу мою2.
G. Да ўповaетъ ї}ль на гDа t нhнэ и3 до вёка.

Златоуст: Не смирял ли я и не успокаивал ли души моей, как дитяти, отнятого от груди матери? душа моя была во мне, как дитя, отнятое от груди. Я приобрел, говорит, такое смирение, какое у грудного дитяти; как оно держится за мать, бывает смиренно, чуждо всякой надменности, просто и кротко, таким и я был в отношении к Богу, держась Его постоянно. Впрочем, он не без причины упоминает о грудном дитяти, но хочет изобразить скорбь свою, затруднение, уныние, великость зол. Как дитя, будучи отнято от сосца, не отстает от матери, но хотя и плачет, скорбит, сетует, доса­дует, гневается, однако держится за мать и не отстает от нее, так и я, говорит, в скорби, в затруднении и во всех многочисленных несчастьях был предан Богу… 
Хотя бы, говорит, тебя постигли несчастья, скорби, войны, плен, и какое бы то ни было из неожиданных бедствий, ты держись надежды на Бога, упования на Него, и непременно получишь добрый конец; Бог избавлением от бедствий воздаст тебе за эту благую надежду.

Слaва: С™hмъ д¦омъ бGовёдэніz богaтство, зрёніz, и3 премyдрости: вс‰ бо въ сeмъ nтeчєскаz велBніz сл0во tкрывaетъ.
Святым Духом открывается богатство ведения Бога, богатство премудрости - это понятно.  А вот богатство зрения требует уточнения. Слав. зрение переведено греч. θεωρία, по-русски это  значит созерцание.
Ну и Отеческая веления - τὰ πατρῷα δόγματα. Т.е. догматы (τό δόγμα) - не отвлечённые сухие положения богословской науки, но живая ткань богообщения, к которой мы приобщаемся не на лекциях по Догматике, но в Духе.


Автор: Администратор
Дата публикации: 28.10.2017

Отклики (0)

    Вы должны авторизоваться, чтобы оставлять отклики.